Если красть, то миллион

Елена Арсеньева
Если красть, то миллион
Анонс
Джеймс летел в страну своих предков, чтобы почтить память возлюбленной с красивым русским именем - Соня... Но, войдя во двор ее дома и увидев любимую живой и невредимой, он почувствовал, что его здорово провели. Брачная мошенница?! Подлый обман?! А как иначе объяснить известие о внезапной смерти девушки, пришедшее два года назад?! Тревожный ход мыслей нарушили два типа, стремительно вошедшие в подъезд за Соней. Уловив обрывки разговора, Джеймс понял, что вот-вот станет свидетелем преступления. И он решительно шагнул в полумрак подъезда...

- Вот женщина, у которой самые красивые ноги в Северолуцке и районе! - истошно заорал кто-то сзади, и Лида чуть не выронила сумку. - Привет, Золотая Ножка! Испуганно обернулась. Парень - губастый, тощий, рыжий - смотрел на нее, как безработный инженер смотрел бы на портмоне с сотней тысяч баксов, нежданно найденное им в процессе весенней вспашки гряд на родимых шести сотках. Под возмущенным Лидиным взором огонь в его зеленоватых глазах несколько поугас, но лишь несколько. Вытянув трубочкой свои толстые губы, он сделал ими плотоядное: "Чмок!" - и пошел своей дорогой, то и дело, впрочем, оборачиваясь и меряя сладострастным взглядом предмет своего восхищения. Вернее, предметы - ноги-то ведь две. Лида еле удержалась, чтобы не опустить глаза и не осмотреть со всей внимательностью эти же самые предметы. Но, во-первых, на нее и так уже пялились прохожие, а во-вторых, нет ничего глупее, чем рассматривать свои ноги сверху вниз. Даже самые отпадные подставочки покажутся кривоватыми и с подагрическими коленками. Поэтому Лида перехватила сумку поудобнее и пошла своей дорогой, размышляя над тем, какой приятный город Северолуцк и какие приятные живут в нем люди. Главное, наблюдательные: парень видел ее какое-то мгновение, а успел сделать столь значительный вывод. Это надо же - за какие-то полминуты сопоставить Лидины ноги с ногами всех местных женщин и присудить золотое яблоко с надписью "Прекраснейшей" именно ей. Человек-компьютер! Наверное, в голове у него собрался солидный банк данных, и вот мгновенно... И вдруг Лиду осенило. Да почему мгновенно-то, господи? Наверняка этому предшествовало кропотливое изучение материала. Не раз любовался молодой человек "самыми красивыми ногами в Северолуцке и в районе", не раз, конечно, выкрикивал вслед им что-то подобное. "Золотая Ножка"! Как же она сразу не догадалась? Сонька - Золотая Ручка, знаменитая одесская воровка. А Золотая Ножка - это наверняка о ее сестрице. Сонька - Золотая Ножка... "Значит, мы по-прежнему похожи, - подумала она почему-то испуганно, хотя, наверное, этого следовало ожидать от двойников-близняшек даже через двадцать семь лет после их появления на свет. - Меня приняли за нее, вот и все. Мои ноги - за ее!" Она обиженно поджала губы. Выходит, и вожделение в глазах рыжего парня, и его сладострастное "Чмок!" не имели к ней, Лиде Литвиновой, никакого отношения. Все предназначалось Соне Богдановой. Острый приступ зависти едва не заставил ее повернуть к вокзалу. Уже не в первый раз испытывает Лида это режущее чувство. Первый раз - как только прочла случайно найденное письмо Ирины Богдановой (своей родной матери, как выяснилось) и увидела выпавшую из конверта фотографию пятнадцатилетней девчонки с длинной челкой и яркой улыбкой. Сначала показалось, это она сама, но такой фотографии у себя Лида не помнила. К тому же глаза и губы у девчонки явно подкрашены, и в памяти мгновенно всплыло, сколько сражений ей пришлось выдержать в свое время с родителями... следовало бы уточнить: с приемными родителями! - которые ни в какую не позволяли ей выстричь челку, а тем паче - краситься, даже когда Лида собиралась на дискотеку. Доходило до того, что она выбегала из дому пай-девочкой, потом, встречаясь с подружками в туалете на Свердловке, наспех подмазывалась их тушью, их тенями, румянами и помадой (боже упаси, даже страшно подумать, что было бы, если б у нее обнаружили собственную косметику!) перед полутемным, облупленным зеркалом, среди всех этих мерзких туалетных ароматов и под презрительными взглядами случайных посетительниц. Ну а после дискотеки смывать косметику приходилось там же - но уже в одиночестве, нервно поглядывая на часы: если Лида приходила хоть на минуту позднее десяти вечера, в доме начиналось просто-таки Мамаево побоище. А пока доберешься от ДК Свердлова до Ковалихи, где они жили, это почти полчаса, и то если будешь бежать высунув язык: на трамвае по кольцу ехать дольше, да и ходила "двойка" в те времена из рук вон плохо. Вот и получалось, что на все радости дискотеки (начало в семь тридцать вечера) Лиде оставалось каких-то полтора часа, даже меньше: пока соберутся музыканты, пока разогреется диск-жокей, пока молодежь присмотрится друг к другу... Застарелая, полудетская обида на матушку (на "матушку"!) всколыхнулась в Лидиной душе, пока она рассматривала ту накрашенную девчонку: уж ей-то явно позволяли экспериментировать с косметикой как угодно и приходить домой хоть в

Как читать и скачивать книги с сайта?

Рейтинг: 0 Голосов: 0 1264 просмотра