Школьные каникулы Корнелия Удалова

Кир Булычев
Школьные каникулы Корнелия Удалова
Цикл - "Гусляр"

Лев Христофорович пригласил к себе Удалова на чашку кофе. Ксения не разрешала Корнелию Ивановичу пить настоящий крепкий кофе, к которому он пристрастился за время своих космических странствий, полагая его вредным для удаловского сердца, а Минц сам был кофейным любителем, умел выбирать, молоть, обжаривать и варить в старинных армянских турках такой напиток, что запахом его пропитывался весь дом, и жильцы, кто с завистью, а кто с негодованием, нюхали воздух и покачивали головами. Впрочем, любой из обитателей дома N 16 по Пушкинской улице мог заглянуть к Минцу на чашечку, если тот, конечно, не был занят изобретательством или научно-теоретическими размышлениями. Старые друзья пили кофе маленькими глотками, чтобы лучше прочувствовать, и запивали его из бокалов добрым французским коньяком, присланным профессору из Сорбонны, где он в прошлом году делал доклад, а заодно походя решил проблему протекавших крыш старинного университета, окружив их силовым полем. Вот и благодарили его коллеги, не забывали. - Странно, - произнес Корнелий Иванович, - я тут под Новый год купил французского коньяку в такой же почти бутылке, только золота было больше на этикетке. А вкус оказался хуже, чем у трех звездочек мелитопольского розлива. - Ничего странного в том нет, - возразил профессор. - Типичный пример несоответствия вывески и содержания. - Это грустно, - сказал Удалов, - всю жизнь я с этим сталкиваюсь. Еще на пионерской линейке рапортовал, помню, о сборе двух тонн макулатуры, а было ее три кило. Помню, такая была добрая девочка, Ириной звали... - Удалов вздохнул и задумался. - Ты о ком, Корнелий? - Спросил Минц. - Это во втором классе было. Я ей все фантики отдал. И марки потом тоже. А когда была контрольная по арифметике, она списать не дала. - Обидно, - согласился Минц. - Очень обидно. Печенья хочешь? - Нет, не хочу. У меня в школе и другие печальные случаи были. - Какой период жизни ярче всего возникает у тебя в памяти? - спросил Минц. - Школьные годы, особенно школьные каникулы, - без колебания ответил Удалов. - Я так и думал, - согласился Минц. - А вот о себе я этого не скажу. Не знаю, не помню, не участвовал... Они помолчали. Когда ты сжился с человеком, сблизился с ним, пережил немало приключений, то можно посидеть молча, это не мешает общению. - Как мы можем разбираться в других людях, - неожиданно для себя сказал Удалов, - если сами себя не знаем. - Правильно, - ответил Минц. - Потому что наш облик вовсе не отвечает внутреннему содержанию. Об этом писали еще древние. Я старался решить эту задачу, ответить на вызов, который мне бросила природа, но понапрасну. Ты же знаешь... Удалов кивнул. Он понял что Минц имеет в виду свое последнее не совсем удачное, хоть и гениальное, изобретение. Лев Христофорович изготовил мазь, которой можно было покрыть зеркало. И тогда зеркало отражало не видимость, не зрительный образ человека, а его истинную сущность. Однако это изобретение имело недостаток: ведь состояние человеческой души непрестанно меняется. Сейчас вы дьявол, потому что общаетесь со своим начальником, а через две минуты сущий ангел, так как увидели его секретаршу Ларису. В зеркале Минца один и тот же человек мог последовательно увидеть десять своих лиц или физиономий - в зависимости от обстоятельств. - Ты же знаешь, - повторил Минц, - что нельзя упрощать обыкновенного человека, нашего с тобой современника. Он многообразен. - Вот я - точно многообразен, - согласился Удалов. Они еще помолчали. - Жизнь слишком быстро проходит, - продолжал Удалов. - Если в отпуске или командировке, то еще терпимо. Но если в будние дни, то просто катастрофически несется. Кофе чуть остыл, но не потерял насыщенности и сочного вкуса. Удалов пил его маленькими глотками, а Минц смотрел на друга и покачивал головой, как китайский болванчик. - Порой мне легче увидеть то, что было сорок лет назад, тогда как прошлогоднее забывается. И я задаю вопросы небу: кто я такой? сколько прожил на Земле? сколько мне еще суждено прожить? - размышлял вслух Лев Христофорович. Пожилой кот Мурзик, который приходил к Минцу через форточку подкрепиться или подремать на коврике у плиты, устав слушать разговор стариков, стал играть с катушкой ниток. - И он туда же, - заметил Удалов. - Как будто котенок. Тоже не заметил, как жизнь пролетела мимо. А ты говоришь - люди себя знают. - Я не говорил такого. Я повторяю, что наблюдаю видимость людей, маски. Мои попытки сорвать маски и заглянуть в истинные лица моих сограждан пока

Как читать и скачивать книги с сайта?

Рейтинг: 0 Голосов: 0 189 просмотров