Разлюбите Ложкина !

Кир Булычев
Разлюбите Ложкина!
Цикл - "Гусляр"

История, рассказанная здесь, относится к моральным неудачам профессора Минца, несмотря на то, что с научной точки зрения здесь и комар носа не подточил бы. Минц о ней не вспоминает, любое поражение, даже маленькое, он попросту выбрасывает из памяти. Случилось это вскоре после переезда в Великий Гусляр известного ученого, без пяти минут лауреата Нобелевской премии Льва Христофоровича Минца. Он бежал из Москвы, от забот и славы, от международных конгрессов и торжественных собраний. Он выбрал Великий Гусляр местом постоянного пребывания, потому что из этого города была родом его мама и когда-то в детстве она возила Левушку к родственникам. Минцу запомнилась торжественная просторная тишь этого вольного городка, синева неба и реки, покорно ждущие разрушения церкви и церквушки... Город пребывал в запустении, в немилости у области, но в этом была прелесть тихого увядания, происходившего от отсутствия какой-либо промышленности. Минц переехал в Великий Гусляр и временно поселился в доме ЂЂЂ 16 по Пушкинской улице. Встревоженные его появлением и полные подозрений, городские власти тут же предложили Минцу переехать в трехкомнатную квартиру в Заречной слободе, в новом доме. Но Минц от квартиры отказался, ибо узнал, что лишает жилья очередницу с четырьмя детьми и неблагополучным мужем. - Мне многого не надо, - сообщил Минц в гордоме. - Две комнатки на первом этаже - мечта одинокого мужчины. Вскоре Минц завалил обе комнаты книгами, рукописями и научными журналами, которые приходили к нему со всего света. Районный Почтовый Проверяльщик извелся, пытаясь разобраться в экзотических языках, и в конце концов сдался, пришел к Минцу и попросил того переводить хотя бы названия журналов и книг - для чекистской отчетности. Что Минц и делал. Они выпивали с Проверяльщиком по две кружки пива, доставать которые приходилось сотруднику Органов. Для городка от Минца была прямая выгода. Он с удовольствием решал неразрешимые задачи городского быта и пригородного сельского хозяйства. На общественных началах. Никогда не отказывал Минц и своим соседям по дому. Но тут не все выходило у него удачно. Порой просьба была связана с неожиданным изобретением, которое приводило к последствиям, никем не предусмотренным. В доме к Минцу относились тепло, но настороженно. И шли к нему за помощью только в крайних случаях. Так случилось и в тот приятный октябрьский день, когда бабье лето уже отпело, полоса дождей тоже миновала и установилась прохладная, с ночными заморозками, свежая и чистая погода и лишь набегавший из Сибири ветер легонько снимал с деревьев золотые листья и раскладывал их на черных мокрых тротуарах. В тот день Минц долго гулял по берегу реки, размышляя о путешествии во времени, которое намеревался изобрести, хотя знал, что изобрести его невозможно. Попутно он доказал теорему Ферми, но встретил Удалова, соседа по дому, и забыл гениальное доказательство. Беседуя о погоде и шахматах, Минц с Удаловым, в то время еще средних лет крепким мужчиной с лысинкой, добродушно окаймленной пшеничными кудряшками, вошли во двор дома и увидели, что за крепким столом для игры в домино томятся в ожидании партнеров Саша Грубин с Василь Васильичем. - К нам, к нам! - позвал Василь Васильевич. - Ты, Христофорыч, козла забивать умеешь? - Не выношу вида крови, - начал было Минц, но тут же сообразил, что здешний козел не имеет отношения к животному миру, лукаво улыбнулся и закончил фразу: - Простите, вы, очевидно, имели в виду игру? - Да вы когда-нибудь в домино играли? - спросил Удалов. - Сам не играл, но видел, как играют другие. И понял, что это несложно. - Тогда сидайте! Минц с трудом втиснул тугой живот в щель между столом и скамейкой, достал из портфеля синий козырек на резинке и натянул на лысину, потому что эта часть двора была залита вечерним солнцем. Минц сидел напротив Удалова и потому должен был играть вместе с ним против Грубина и Василь Васильича. Удалов был этим несколько огорчен, потому что, хотя и верил в замечательные научные способности Минца, но в игре предпочитал иметь дело с надежными партнерами. - Шесть к шести, а два к двум? - спросил Минц, выражая в этих словах всю сущность игры в домино. - Это так, но в жизни все сложнее, - заметил Грубин и рассказал Минцу о рыбе и дублях. Минц послушно кивал козырьком. Он был заинтересован. Разобрали кости. Началась игра. Удалов следил за Минцем во все глаза, потому что понимал - придется всю игру брать на себя. И когда Минц на втором ходу ошибся, Удалов сказал ему не без ехидства:

Как читать и скачивать книги с сайта?

Рейтинг: 0 Голосов: 0 152 просмотра