Как дерутся японцы

К.Булычев
Как дерутся японцы
Была такая загадка:
- Ты за Луну или за Солнце?
Тебе ее задавал на дворе старший товарищ. В ней таился хитрый умысел. Человеку твоего, шестилетнего возраста хотелось ответить как лучше. И ты спешил ответить: - За Солнце! За Солнце! Твой оппонент быстро говорил: - Показать, как дерутся японцы? И показывал. Очень больно. Поэтому люди опытные не поддавались на провокации и отвечали: - За Луну! И допросчику приходилось признать: - За советскую страну. И ты отделывался легким испугом. Я был уверен, что такие жестокие времена сгинули полвека назад. Но тут зазвонил телефон, и приятный голос Евгения Козловского задал мне этот сцилло-харибдовый вопрос: - Напишете нам две странички, почему вы любите Стругацких больше, чем Станислава Лема? И я понял: что бы я ни ответил, мне все равно покажут, как дерутся японцы. Поэтому я сделаю вид, что ничего не боюсь. И скажу, что Стругацких с Лемом сравнить нельзя, как нельзя сравнить дождь с капустой или вашу жену с Флоридским заповедником. В ранней памяти Лем у меня лежит где-то рядом с Ефремовым. "Туманность Андромеды" - с "Астронавтами". Для меня, как и для многих, эти романы открыли новую фантастику. Ни одна из этих книг не стала любимой. В 1959 году я жил в Рангуне и работал на строительстве. В центре Рангуна в пристройке к пагоде Суле находился магазин советской книги, где можно было купить пахнущие тропической плесенью дефицитные томики - даже Паустовского и Генриха Манна. Запах плесени не выветрился из них и по сей день. Порой там бывали "рамочки" - детгизовские книги из Библиотеки фантастики и приключений. Как постоянному покупателю продавец оставил мне красную книжку "Страна багровых туч". Учтите, что к тому времени я был уже весьма образованным читателем и даже получал американские журналы "Галактика" и "Эмейзинг". Имена Шекли и Саймака для меня были не чужими. Я прочел "Страну..." за ночь, а когда вернулся с площадки на следующий день, прочел ее снова, смакуя и наслаждаясь, потому что наконец-то нашел своих писателей. До этого своим я числил Чапека, но он написал так немного и так давно умер! А с 1959 года у меня появилось занятие - ждать новой книги Стругацких. Я радуюсь фотографиям Мерилин Монро, преклоняюсь перед красотой Одри Хэпберн, но нежно люблю (о присутствующих не спорят) Уту из Наумбурга. Я могу смотреть на ее капризные губы и высокие брови, как смотрят на костер или прибой. Преклоняясь перед глубиной таланта Станислава Лема, я признаюсь, что, будучи человеком весьма обыкновенного ума, некоторые из его опусов не дочитал, потому что мне стало скучно или надоело удивляться тому, насколько он умнее меня. Невозможно представить, чтобы я не дочитал книгу Стругацких (или любого из братьев). Знаете почему? Потому что, садясь за работу, они долго думали, смотрели в окно, пели песни, гоняли чаи и не спешили взяться за перо, пока кто-нибудь из них не произносил: - Что бы нам такого написать сегодня для Игоря Можейко? Ведь ждет, скучает. Потом они садились и писали. Спасибо им за это. И еще одно частное замечание. Лем порой пишет так глубоко и серьезно, что забывает о том, что он все же художник, а не прелат. Но для меня сила писателя заключается не в умении достичь вершины, может, такой, что мне приходится ходить с задранной головой, а в том, чтобы не опуститься ниже определенного уровня. Стругацкие - писатели очень высокой нижней планки. Они всегда помнили, что я - придирчивый читатель, и ни разу меня не разочаровали. Потому что настоящего писателя можно сравнивать только с ним самим.

Как читать и скачивать книги с сайта?

Рейтинг: 0 Голосов: 0 47 просмотров