В двух шагах от дома

Эдуард Григорьевич БАБАЕВ
В Д В У Х Ш А Г А Х О Т Д О М А
I
Как я болел, этого не помню.
А выздоравливать начал, кажется, в тот самый день, когда старший брат подарил мне три испанские марки - зелёную, красную и фиолетовую. Целую серию! Эти три марки было первое, что я увидел. И вдруг понял, что болезнь прошла, что я выздоравливаю. Так бывает, когда долго сидишь под водой, а потом вдруг почувствуешь, что поднимаешься наверх, что сумрак тебя выталкивает к свету... Вынырнешь и сначала плохо различаешь, где волна, где берег, где корма, - всё в какой-то радужной, сверкающей мгле. Так и я сначала видел просто разноцветные марки - зелёную, красную и фиолетовую. А потом стал различать изображённые на них корабли. Это были каравеллы Колумба. Я уже отчётливо видел мачты, паруса, палубу, кипящие волны за кормой. И корабли казались мне огромными в огромном океане. И я стал думать о путешествиях и путешественниках. В соседней комнате моя сестра играла на рояле польку Рахманинова. А в окно с постели мне были видны лишь крыша нашей террасы и яблоня во дворе.

II
Я знал одного настоящего путешественника.
Даже двух!
Первый - это, конечно, профессор Курихин из университета, а второй - его сын Лёнька, мой школьный приятель. Лёнька первый из всей нашей школы видел пустыню Каракумы, купался в Амударье. Но он всюду ездил со своим отцом. И снимал новеньким фотоаппаратом "Лейка" пустынные пейзажи. Колючий саксауловый лес в песках, полузатонувшая лодка на необитаемом острове, стальная стела, поставленная альпинистами в горах на скалах... А дома в столовой у Курихиных висел портрет Пржевальского. И отец, и сын мечтали побывать там, где остановился великий путешественник. Они говорили: - Там, где остановился Пржевальский... И мне казалось, что это где-то очень далеко, куда нельзя ни доехать, ни доплыть, ни дойти пешком. Там, где остановился Пржевальский! Меня только удивляло, что профессор Курихин, человек в гольфах, крагах и черепаховых очках, вечно занятый разбором своих минералогических и прочих коллекций, называл Пржевальского пионером. - Пржевальский был пионером Средней Азии, - говорил Курихин. Этим он хотел сказать, что Пржевальский первым побывал там, где до него никто и никогда не бывал... Я с удивлением смотрел на портрет генерала с широкими армейскими усами. Что, казалось бы, у нас с ним общего? А общее было то, что и он, и мы с Лёнькой были пионерами. Хотя, конечно, далеко ещё было мне до тех мест, где остановился Пржевальский.

III
Вечером пришёл отец в летней военной форме.
Положил фуражку в прихожей на полку и, войдя в комнату, где мы все собирались к обеду, сказал: - Собирайся, завтра поедешь в пионерский лагерь! Он был весёлый, какой-то лёгкий, как будто что-то решил про себя, но держит в секрете. Но мама сразу поняла, что тут что-то новое. - В какой пионерский лагерь? - спросила она, расставляя тарелки на столе. - Как в какой? - ответил отец, как будто это само собою всем было понятно, - в Каракол... - Я так и знал, - сказал старший брат и хлопнул меня по спине, - идёшь по моим следам, держись! У этого слова "держись" было много значений: и не падай, и не плачь, и терпи... Однажды он усадил меня на багажник своего велосипеда "Оппель" и помчался с такой скоростью, что дух захватило, и я не успел ему сказать,

Как читать и скачивать книги с сайта?

Рейтинг: 0 Голосов: 0 740 просмотров